К 125-летию со дня рождения контрразведчика Николая Селивановского

Центр общественных связей ФСБ России к 125-летию со дня рождения генерал-лейтенанта Николая Селивановского рассекретил документы, связанные с деятельностью военного контрразведчика.

Николай Николаевич Селивановский родился 10 (23) апреля 1901 года в местечке Хойники Речицкого уезда Минской губернии в семье железнодорожного служащего.

Трудовую деятельность начал с ранних лет. К 14 годам успел попробовать себя в качестве железнодорожного рабочего, истопника, уборщика, посыльного и конторщика в местном имении.

Ранние годы Н.Н. Селивановского словно сюжет романа о Революции и Гражданской войне: мобилизация на лесоразработки, жизнь под гнетом германской оккупации, добровольное вступление в Рабоче-крестьянскую красную армию, участие в боях с белополяками.

В декабре 1920 года, успешно пройдя экзаменационную и медицинскую комиссии, Николай Николаевич был зачислен в 1-ю батарею Детскосельских командных курсов тяжелой артиллерии РККА. В составе этого подразделения принимал участие в подавлении Кронштадтского мятежа.

В 1921 году в числе наиболее отличившихся военнослужащих Николай Селивановский стал кремлевским курсантом — лицом и гордостью Вооруженных Сил молодой Советской Республики.

Чекистская биография Николая Николаевича началась в сентябре 1922 года, когда его отношение к учебе, образцовое выполнение служебных обязанностей и личная дисциплина были замечены сотрудниками Главного политического управления при НКВД РСФСР.

По окончании курсов ГПУ был направлен на Туркестанский фронт, где в течение пяти лет участвовал в борьбе с басмачеством и становлении Советской власти в Средней Азии.

В августе 1923 года Н.Н. Селивановский назначен на должность начальника особпункта ОГПУ при 31-й кавалерийской бригаде. После ее расформирования исполнял обязанности уполномоченного по 65-му кавалерийскому полку 11-й кавалерийской дивизии, а позже — следователя Особотделения ОГПУ 8-й кавалерийской дивизии.

Вот как вспоминал этот период службы сам Николай Николаевич: «Хоть я и являлся оперативным работником — фактически ничем не отличался от других командиров и солдат — в сабельные атаки ходил вместе со всеми. Честно говоря, никогда не любил отсиживаться за чьей-то спиной, этим и горжусь. Зато всегда мог людям честно смотреть в глаза. Кроме этого, очень боялся уронить звание чекиста. И так было всю жизнь: я этим званием всегда гордился и очень им дорожил».

Полученный опыт борьбы с басмачеством впоследствии активно внедрялся Н.Н. Селивановским в практику работы органов безопасности при ликвидации националистического подполья на территории западных областей Белоруссии и Украины, в советской Прибалтике и Польше.

С 1929 по 1930 год Николай Николаевич обучался в «кузнице» чекистских кадров — Высшей пограничной школе ОГПУ при СНК СССР. После ее окончания продолжил службу на оперативных и руководящих должностях в Центральном аппарате ОГПУ при СНК СССР и НКВД СССР.

В 1937 году обеспечивал безопасность заграничных гастролей Краснознаменного ансамбля красноармейской песни и пляски, проходивших в Париже и Праге. По возвращении в Советский Союз Николай Николаевич получил свой первый орден — «Знак Почета».

В мае 1940 года за выявление, пресечение и предупреждение преступлений в сфере снабжения Красной армии и оборонного строительства, а также оказание содействия органам военного управления в деле строительства войскового тыла Николай Николаевич был награжден медалью «За отвагу».

В феврале 1941 года военная контрразведка была передана в Народный комиссариат обороны (НКО) СССР. Взамен ликвидируемого Особого отдела ГУГБ НКВД СССР были организованы 3-и управления НКО (контрразведывательное обеспечение Красной армии) и НК ВМФ (частей и соединений флотов, флотилий и военно-морских баз), подчинявшиеся соответствующим наркомам.

Великую Отечественную войну Н.Н. Селивановский встретил в должности начальника 5-го отдела НКО СССР, отвечавшего за оперативное обеспечение органов снабжения Красной армии, строительства и расквартирования.

С началом Великой Отечественной войны был назначен на должность начальника Особого отдела НКВД войск Юго-Западного направления, которыми командовал выдающийся советский полководец С.М. Буденный.

После поражения советских войск под Киевом и гибели начальника Особого отдела Юго-Западного фронта А.Н. Михеева Николаю Николаевичу пришлось фактически с нуля воссоздавать фронтовые органы военной контрразведки. Их ядром стали вышедшие из окружения и проверенные в боях особисты.

Н.Н. Селивановский одним из первых изменил подход к использованию зафронтовой агентуры. Основной задачей «агентов по тылу противника» теперь стало не наблюдение за войсками и действиями врага, а проникновение в его разведывательные органы.

Осуществляя руководство особыми отделами Сталинградского, Юго-Восточного, Донского и Южного фронтов, с первого до последнего дня участвовал в героической обороне Сталинграда. В тяжелейших условиях сумел организовать эффективную контрразведывательную работу, всестороннюю помощь командованию, в том числе в выполнении приказа народного комиссара обороны СССР от 28 июля 1942 года № 227, получившего название «Ни шагу назад!», чем внес значительный вклад в разгром гитлеровских войск под Сталинградом.

Селивановский не боялся представлять руководству НКВД СССР нелицеприятные доклады о действительном положении дел на фронте.

Так, 22 июля 1942 года командующим Сталинградским фронтом был назначен генерал Гордов В.Н. Его назначение на этот ответственный пост вызвало удивление и недовольство среди многих командиров и особистов. В ходе февральских боев под Белгородом 21-я армия, которой командовал Гордов, потерпела ряд неудач. Большая часть вины за неудачи лежала на командующем, который скрывал их от командования фронта.

Начальник Особого отдела Н.Н. Селивановский, взяв на себя ответственность, направил в Москву шифртелеграмму на имя И.В. Сталина, в которой высказал мнение о том, что назначение Гордова на пост командующего фронтом является ошибкой. Копию шифровки направили в Управление особых отделов НКВД СССР.

Вечером 26 июля Селивановского срочно вызвали в Москву на доклад к И.В. Сталину.

Через много лет Николай Николаевич так вспоминал об этих событиях: «Я воспринял назначение Гордова как крупную кадровую ошибку, так как знал его как человека грубого, не пользующегося авторитетом среди участников разворачивающейся битвы за Сталинград, в военном отношении не очень искушенного. Естественно, у нас имелись все подтверждающие материалы. Все это изложил в телеграмме, которую направил лично И.В. Сталину, а копию — Л.П. Берии. Что тут началось! Меня вызвали в Москву, и Берия долго меня ругал, заявляя при этом, что я „сую нос куда не следует“, что „назначение командующих фронтами — это прерогатива Верховного командования“, а не меня